"Первая увольнительная"

Есть в жизни моменты, которые в трагичности их и горькой правде принято называть моментом истины. Для шестерых, сидящих вокруг меня девятнадцати-двадцатилетних ребят, таким переломом стала гибель их друга, Диаза Нурманова. Или Даника, как они называли погибшего. За десять дней до смерти ему, солдату ЦАХАЛа, исполнился 21 год.

Виктор Комоздражников - близкий друг Диаза. Диаз и Виктор вместе репатриировались из Узбекистана в Израиль, в течение года вдвоем снимали квартиру в Тель-Авиве.

- 18 октября 1999 года в 8.30 утра мы прилетели в Израиль из Ташкента, - вспоминает Виктор. - Диаз репатриировался без семьи. В Ташкенте у него остались родители, старший брат и младшая сестра. Перед отлетом он сказал родным, что хочет испытать себя, начать самостоятельную жизнь. Мы с Диазом учились в ташкентской йешиве религиозного движения ХАБАД. Вместе получали визу на въезд в Израиль. По приезде он поехал к друзьям по йешиве сначала в Афулу, потом в Цфат. Еще через какое-то время стал продолжать учебу в хасидской йешиве в Мигдаль ха-Эмеке. Там прожил полтора года, потом переехал в Тель-Авив. К этому моменту я уже снимал в Тель-Авиве квартиру. Он поселился у меня. Вдвоем устроились работать в охранное бюро. Вскоре Диаза призвали в армию. Он успел прослужить тридцать два дня. Еще не закончил курс молодого бойца. Хотел стать офицером.

1 июня у него была первая увольнительная. Со всей нашей компанией договорились встретиться в пятницу вечером, провести время в дискотеке на набережной. Сбор назначили в полночь. Я и Диаз пришли немного раньше. Хотели просто пройтись по набережной, поговорить, посидеть в каком-нибудь пабе. Возле "Дельфинариума" у Диаза была назначена встреча с его девушкой, Наташей. Мы подъехали, Диаз попросил у меня "пелефон", набрал ее номер. Видимо, телефон был отключен или занят. Даиазу пришлось несколько раз перезванивать. Наконец дозвонился. Разговаривая, он стоял левым боком к очереди у входа в дискотеку, лицом в направлении здания "Бейт-Оперы". Чтобы не мешать разговору, я немного отошел. Диаз крикнул мне: "Витя подожди, Наташа скоро будет здесь!.." Это были его последние слова.В следующее мгновение раздался взрыв.

Вячеслав, солдат ЦАХАЛа, напарник Диаза по работе охранником в "Дизенгоф-центре":

- Вместе с Диазом мы планировали поездку в Москву. Хотели сначала провести там неделю, а потом поехать в Ташкент. Вместе ходили утрясать связанные с поездкой проблемы в банк "Идуд". Диаз очень скучал по семье. Его отец серьезно болен. Диаз постоянно переживал за него.

Никогда я не слышал от Диаза дурного слова в чей бы то ни было адрес. Вообще, он был скромным, приветливым парнем. Казалось, радовался каждому отведенному жизнью дню. Вот только оказалось их совсем немного...

Таня, сестра Виктора Комоздражникова:

- Я до сих пор не верю, что Диаза нет. Кажется, вот откроется дверь и он войдет в квартиру. Будем опять сидеть вместе, рассказывать друг другу свои маленькие тайны. Раньше для меня война была далеко. Я узнавала он ней только из программы новостей. Происходящее не затрагивало моей семьи. А сейчас мне страшно...

Г-сподь призывает к себе лучших. Но тем, кто отнимает жизни у наших детей, ни прощения, ни пощады не будет! Никогда!

Даниил Давидзон Спецвыпуск "Вестей"