"Сестёр завернули в белое - как приснилось..."

Сестры Налимовы в детстве, когда еще жили с мамой, бабушкой и братом в Екатеринбурге, нередко ссорились по разным пустякам, а в Израиле вдруг стали не разлей вода. Их мама поначалу даже удивлялась столь резкой перемене отношений. Разница между Леной и Юлей была всего два года, но они уже практически сравнялись ростом и выглядели как одногодки. Разве что Лена была все же посерьезнее - больше увлекалась музыкой, рисунком. А Юле - той подавай мягкие игрушки. И еще Юля очень не любила, когда кто-то посягает на ее драгоценных мишек и мышат, а в свободное время плела из бисера браслетики и брелочки.

Сестры повсюду бывали вместе - на дискотеке, на пляже, у подружек старались одеваться в одном стиле и даже продели себе в пупки одинаковые сережки, популярные среди тель-авивской молодежи.

Общительные и веселые девчонки привлекали к себе массу народа - друзей у них было хоть отбавляй.

1 июня, в пятницу вечером, они собирались на свою любимую дискотеку в "Дольфи" и утром пристали к маме: "Все, что у нас есть в шкафу, мы уже надевали на дискотеку. Давай поедем на рынок "Кармель", купим на распродаже что-нибудь новенькое". Семья жила небогато, но Элла детям ни в чем не отказывала. Разве что на развлечения девчонки зарабатывали себе сами, подряжаясь раз в неделю в кафе официантками.

Съездили на рынок. Купили недорогие брючки, маечки-топ. В то же утро Элла сфотографировала дочерей - пленка с этими их последними кадрами до сих пор лежит непроявленная. Собирались доснять ее в субботу.

Накануне у младшей, Юли, был день рождения, и подружки устроили ей вечеринку-сюрприз. Она вернулась домой с кучей подарков, счастливая и веселая.

Вечером девочки собирались на дискотеку, красились перед зеркалом, и Элла откровенно любовалась дочерьми - какие красивые! Она помогла завязать младшей хвостики, переплела их белыми резиночками: "Ты у меня такая киска!", а старшей попеняла: "Алена, зачем ты покрасила ногти зеленым лаком?" • "Понимаешь, мама, на дискотеке такой ультрасвет, это будет очень эффектно".

Юля все поторапливала Лену, боялась опоздать. На пятничные дискотеки в "Дольфи" девочки всегда ходили из Шхунат ха-Тиквы пешком - денег на такси в шабат у них не было. А обратно их подвозил кто-нибудь из друзей.

Элла Налимова, мать Лены и Юли:

- В последний раз я увидела девочек в пол-одиннадцатого. "Ну, мы пошли", - сказали они, а бабушка, как всегда, ответила: "С Богом!" Я услышала о случившемся по радио, тут же стала звонить девочкам на "пелефон". Никто не отвечал. Сын обзвонил все больницы - ни в одном из списков дочек не было. Мы помчались в "Дольфи" - там стояло мощное оцепление полиции. Поехали по больницам. Снова и снова звонили на "пелефон" Юли (она, в отличие от Лены, его никогда не выключала). В Абу-Кабир спросили приметы. Примет было много - зеленые ногти, хвостики, сережки в пупках, плетеные браслетики из бисера, которыми девочки оплели щиколотки. Эти браслетики мне потом выдали - по ним я и опознала моих девочек. Подружки моих дочек потом рассказали, что последнее, что они видели там, на дискотеке, - это как девочки стояли рядом, взявшись за руки. За неделю до того как это случилось, Лене приснился сон, будто она стоит в белом костюме, а на руке -золотое кольц с узором. Я по утрам будила девочек в школу, и Лена сразу рассказала мне этот сон. "В белом - это хороший сон, доченька, не волнуйся", - сказала я ей тогда. Как же я ошибалась! Через неделю их так и похоронили, завернув в белое.

Шели Шрайман Спецвыпуск "Вестей"